О господи... А если наши яйца случайно соприкоснутся? Что до моих, то они тут же сморщатся и превратятся в два крошечных алмаза. И больше я их не увижу. Я не смогу, просто не смогу. Они-то ждали от меня именно этого, чтобы я встал и сказал: "А теперь давайте повеселимся!" На хрен! Ни за что! Если для работы в порноиндустрии я должен вести себя именно так – что ж, эта работа не для меня, желаю удачи мои последователям.

Я навалился на статью, проверил в последний раз и объявил, что готов. Потом спросил, все ли это.

– Ладно, хорошо, время в любом случае закончилось. Жирным шрифтом выделили?

Я сказал, что выделил.

– Хорошо. Тогда вроде все, если не хотите напоследок о чем-нибудь меня спросить.

Я задумался лишь на мгновение. Это мой последний шанс.

– Только об одном, – произнес я, глядя на Ребекку. – Из какого вы агентства?

Шутка... Жалкая шутка – все, на что я оказался способен. Разве это оправдание для мужчины?

Они улыбнулись, а Стюарт сказал, что проводит меня. Я медленно, осторожно встал на ноги. Ребекка глянула на перед моих джинсов, потом подняла глаза и улыбнулась. Я чуть не плакал. Что я делаю? Никогда такая красивая девушка не проявляла ко мне такого интереса (и не проявит), а я бегу прочь, как последний трус! Я последний раз взглянул ей в глаза, и она опять мне подмигнула.

Как несправедлива жизнь! Выйди Стюарт минут на пять... Да что там пять минут, хватило бы и тридцати секунд – в таком я был состоянии!

Стюарт пожал мне руку и обещал со мною связаться. Мы были у двери. Я не верил ему ни минуты. Какого он теперь обо мне мнения? Секретарша спросила, как все прошло, и я ответил, что так себе.